СОЮЗ СТРОИТЕЛЕЙ
ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ
СОЮЗ СТРОИТЕЛЕЙ
ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ
региональное объединение работодателей строительного комплекса
региональное объединение работодателей строительного комплекса

Партнерство, основанное на законе

22 декабря 2023 года

Как улучшить качество проектов и помочь сохранению потенциала проектных компаний, обсуждали в ходе круглого стола на тему «Актуальные вопросы взаимодействия с Центром государственной экспертизы по Воронежской области», прошедшего в региональном Союзе строителей.

Встреча за круглым столом проектировщиков, государственных заказчиков и руководства Центра госэкспертизы по Воронежской области, состоявшаяся накануне в региональном Союзе строителей, назрела давно. Высказывания в адрес проектных организаций по поводу низкого качества выпускаемой документации, возросшее количество отрицательных заключений госэкспертизы, плюс новые требования власти в лице государственных заказчиков сплелись в единый гордиев узел, от крепости которого нет пользы никому. Понимание необходимости более тесного контакта привело участников инвестиционно-строительного процесса на площадку диалога. 15 декабря в Союзе собрались представители министерства строительства Воронежской области, министерства дорожной деятельности Воронежской области, ведущих проектных компаний региона и руководство регионального Центра государственной экспертизы.

Инициатор встречи за круглым столом – председатель Союза В.И. Астанин – выразил благодарность коллегам за готовность к конструктивному обмену мнениями и обозначил формат предстоящей беседы. «Учитывая, сколь непростые отношения сложились сегодня между проектными организациями, заказчиками-застройщиками и экспертизой, настало время обсудить, какие вопросы мы в силах решить совместно, а с какими инициативами следует выходить на разные уровни власти», – обратился он к присутствующим.

Ключевым участником встречи стал П.В. Чернов – руководитель Центра государственной экспертизы по Воронежской области, который был готов ответить на любые вопросы. А их оказалось немало. Каким на сегодня является уровень электронного взаимодействия госэкспертизы с заказчиками и проектными организациями? Отработаны ли эти процессы, являются они эффективными, либо, наоборот, тормозят получение заключений? Как удается решать новые задачи, поставленные перед госструктурой: не только осуществлять экспертизу готовых проектов, но и вести разработку экспертного сопровождения проектов с тем, чтобы максимально сократить вопросы при экспертной оценке? С вводных вопросов модератора началось обсуждение целого ряда тем.


НОВЫЕ ЗАДАЧИ – СВЕЖИЕ РЕШЕНИЯ…

Отвечая на вопросы, Павел Викторович Чернов напомнил, какой неоднозначной была реакция профессионального сообщества с вводом электронного документооборота пять лет тому назад. Именно с января 2017 года вступили в действие новые требования законодательства по электронному документообороту, в результате которых вся проектная документация и ее рассмотрение начали переходить в электронный вид.

«Большинство считало, что это лишь удлинит рабочий процесс, – отметил руководитель Центра госэкспертизы. – Но, как показала практика, сроки, наоборот, сократились. Теперь они отслеживаются на законодательном уровне, причем, не только нами, но и стремительно развивающимся искусственным интеллектом.

Специальная программа содержит в себе сроки на рассмотрение документов, выдачу замечаний и, разумеется, на получение обратного ответа. Предусмотрены также сроки формирования заключения. Все это работает на единой цифровой платформе, и от заявителя требуется только заполнять отведенные графы и загружать ту или иную документацию.

Заключения экспертов формируются в определенной законодательством форме, на основании загруженной проектной документации, а затем – ответов проектировщиков на замечания экспертов. Электронный документ в данном случае исключает возможность что-либо приписать и дополнить, гарантируя тем самым прозрачность взаимодействия сторон. Видя весь порядок проведения экспертизы и то, на какой стадии находится рассмотрение документации, заявитель имеет возможность задавать сотрудникам Центра вопросы, координировать ход работы, способствуя тем самым сокращению сроков экспертизы», – подчеркнул П.В. Чернов.


ПОСЛАБЛЕНИЕ СЫГРАЛО ЗЛУЮ ШУТКУ?

В то же время, как отметил чиновник, наблюдается эффект, обратный тому, на который рассчитывали законодатели, предоставившие проектировщикам определенное облегчение. С этого года заказчик и госэкспертиза получили право продлевать срок прохождения экспертизы по просьбе проектировщика (либо заказчика). В результате ни один объект этого года не вышел из госэкспертизы без трехразового продления, а проверка семи объектов из пятидесяти продлевалась восемь раз. Примечательно, что до изменения в законе ничего подобного не наблюдалось.

В чем причина? Проектировщикам требуется экспертная помощь специалистов?

«Год назад мы с вами обсуждали подобные вопросы и искали варианты уменьшения сроков, – напомнил руководитель областного Центра госэкспертизы. – Очевидно, что многим проектировщикам необходима консультация наших специалистов с тем, чтобы заходить на экспертизу с максимальной готовностью документов. А поскольку, в силу закона, мы не можем участвовать в проектировании, вопрос экспертного сопровождения предпроектной документации был проработан на законодательном уровне. В итоге внесены изменения в Постановление Правительства РФ от 6 мая 2023 г. №717 «Об утверждении положения о порядке экспертного сопровождения результатов инженерных изысканий и (или) разделов проектной документации объекта капитального строительства…», в результате которых проектировщики имеют право при проектировании заключать договоры и заходить на экспертизу в части проверки, консультации и экспертизы отдельных частей проектной документации. Изменения вступили в силу 1 сентября текущего года, но до сих пор ни одна их проектных организаций за такой консультацией к нам не обратилась, – констатировал факт Павел Викторович. – По всей видимости, нужды в том, чтобы экспертиза проверяла предварительно какие-то части проекта и помогала в их корректировке, не существует: и заказчик, и проектировщик знают, что им делать».

В ответ на прозвучавшую информацию последовала ремарка генерального директора института «Воронежпроект» Антона Колобова. Он выразил мнение коллег о том, что плата за такие услуги должна быть изначально заложена в смете на проектирование.


«В Москве для этой цели создан консультационно-экспертный центр (КЭЦ), и понятно, что такие услуги предполагают оплату. Но в том, чтобы проект появился быстро и в соответствии со всеми современными требованиями, заинтересован как проектировщик, так и заказчик. Мы охотно пойдем консультироваться, если возникнет такая необходимость, но, учитывая, что проектные компании сейчас и так зажаты в цене, предлагаем госзаказчику предусматривать в смете и стоимость консультационных услуг», – сказал он.

ТОЧКА КИПЕНИЯ

Тема взаимоотношений заказчика, проектировщика и экспертизы уже витала в воздухе, и обсуждение консультационных услуг тут же вывело на нее как на одну из самых болезненных.

«Сегодня в сообществе профессионалов достаточно напряженным остается вопрос отношений проектировщиков не только с экспертизой, но и с заказчиками. Известно, что последние по многим позициям делегировали полномочия проектным компаниям, – заметил В.И. Астанин. – Кроме того, действия заказчиков не всегда настолько оперативны, чтобы в ходе экспертизы документации снять возникающие проблемы. Как оценивает экспертиза роль проектных организаций и роль заказчика проектов и насколько эффективно работает этот тандем?

По мнению П.В. Чернова, вопрос о том, должен ли государственный заказчик участвовать в процессе проведения экспертизы, очень актуален.

«Чаще всего заказчик передает эту функцию проектировщику. Но если посмотреть глобально, от проектной компании в этом вопросе зависит далеко не все, – подтвердил руководитель Центра госэкспертизы. – Все исходно-разрешительные документы должны предоставляться проектной компании в период подготовки задания на проектирование и перед началом проектирования. Но не секрет, что даже после этого многие параметры меняются, и в ходе экспертизы проекта всплывает ряд вопросов по исходно-разрешительным данным от тех или иных структур. А проектировщик, какой бы он ни был профессионал, просто не имеет права самостоятельно применить дополнительные техусловия. Соответственно – ждет их от заказчика. Зачастую именно такие моменты становятся причиной продления. Поэтому, на наш взгляд, заказчик, безусловно, должен активно содействовать работе на этом этапе».


Позиция госэкспертизы вполне справедлива, но ситуацию это, увы, никак не меняет. Согласно букве закона, эксперты «видят» участников подготовки проекта только в поле электронного документооборота, и все свои замечания направляют заявителю. А им по доверенности от заказчика выступает проектировщик. Справедливости ради надо сказать, что если по проекту есть замечания, касающиеся компетенции заказчика (отсутствие техусловий, неправильность указанных параметров и т.п.), госэкспертиза направляет письмо и ему – с просьбой обратить внимание на указанные моменты. Но процесс повторного (либо дополнительного) сбора информации и передачи ее проектировщику на доработку отнимает время, которое последнему нужно как раз на исправление замечаний.

А ВЕДЬ ТАК БЫЛО НЕ ВСЕГДА

Лет восемь назад эта тема имела другое содержание: проектировщик готовил проект, отдавал заказчику, а тот заявлял документы на экспертизу. Но появлялись замечания, и специалисты, далекие от проектирования, не знали, что с ними делать. Поискали выход и решили: заявителем экспертизы должен быть проектировщик по доверенности от заказчика. Прошло время, и обнаружился новый перекос – сегодняшний. И восемь лет назад, и сегодня мешала делу и мешает разобщенность сторон, а ведь речь идет не просто о проектах, а об освоении бюджетных миллиардов. Тем временем статистика говорит о разрастании проблемы: если в прошлом году Центром государственной экспертизы Воронежской области выдано 264 заключения, 21 из которых оказалось отрицательным, то на сегодняшний день из 270 отрицательных 46.

ВОПРОС – В ЗАЛ…

И каким видится решение практикам?

«Чтобы избежать ошибок и задержек со стороны проектировщиков, в рабочем процессе должна появиться еще одна стадия – предпроектная проработка, включающая детальный анализ исходных дани градостроительных особенностей участка, составление подробного технического задания для определения технико-экономических показателей будущего объекта, – заявил первый заместитель гендиректора, технический директор ПИ «Гипрокоммундортранс» Роман Ещенко. – Исходно-разрешительная документация для строительства объектов будет поступать в этом случае в госэкспертизу от техзаказчика в рамках консультирования, и это позволит отработать замечания экспертов еще до начала проектирования».


П.В. Чернов согласился с позицией практика. По его мнению, вопрос задания на проектирование затронут правильно. «Любое проектирование начинается с грамотного технического задания, в котором должно быть четко и досконально прописано, что хочет видеть заказчик. Тогда проектировщику будет проще готовить документацию, а экспертизе – ее проверять», – отметил он.

В свою очередь, заместитель технического директора по архитектуре проектного института «Гипрокоммундортранс» Алла Лалакина рассказала, что в этом году в рамках деловой программы Build School коллеги из столицы делились позитивным опытом по этому направлению. «В Москве уже сложилась практика, когда заказчики детально прописывают в ТЗ все требования к проекту, и это сокращает сроки проектирования и количество замечаний со стороны госэкспертизы. В техническом задании необходимо указывать, в частности, требуемый класс энергетической эффективности проектируемого здания, а также актуальное число лиц с ограниченными возможностями здоровья, посетителей и персонала на основании статистических данных. Это позволит создавать для них более комфортную среду», – подчеркнула она.


КОГДА ПРОЕКТИРОВЩИКИ СРАБАТЫВАЮТ «В НОЛЬ»

По мнению представителей проектных институтов, участвовавших в работе круглого стола, отсутствие надлежащего задания на проектирование и нечеткое ТЗ – только половина проблемы. Мало того, что проектировщик просит о продлении срока экспертизы по независящим от него обстоятельствам, он же ее и оплачивает, причем по расценкам, которые реально бьют по бюджету компании. Изначально заказчик рассчитывает стоимость проектирования весьма примерно («люфт» в законодательстве – 10%), а по факту – с учетом всевозможных корректировок и поправок – объемы проектирования значительно возрастают. А еще в ряде регионов оплату работы экспертов осуществляет государственный заказчик, как это и было прежде.


«Часть федеральных, да и территориальных заказчиков, в том же Липецке, Белгороде, как и раньше, оплачивают стоимость госэкспертизы напрямую. Проектировщики исправно выполняют свою работу и этих вопросов не касаются. У нас же есть примеры, когда стоимость экспертизы в текущем году превысила стоимость контракта», – заметил М.А. Карпович – генеральный директор ООО «Центр-Дорсервис».

П.В. Чернов подтвердил наличие такой тенденции. «Подписывая договор на выполнение экспертизы, мы видим, что в смете на проектирование заложена цена гораздо ниже реальной. Но, поддерживая заказчика, спрошу – если он оплатит экспертизу и получит отрицательное заключение, кто сделает повторный платеж?» – обратился он к собравшимся.

Ответ прозвучал практически хором: «Проектировщик. Так было всегда».

ПОЗИЦИЯ ЗАКАЗЧИКА: «ВСЕ ВОПРОСЫ РЕШАЕМЫ»

Когда слово взял представитель заказчика – начальник отдела министерства строительства Воронежской области Д.А. Чичканов, можно было предположить, что чиновник займет стойкую позицию обороны – слишком широким оказался круг тем, по которым собравшиеся давно ждали ответа. Тем не менее, первыми словами Дмитрия Анатольевича было: «Вопросы подняты совершенно правильно».

Как заявил чиновник, предпроектная проработка – очень нужное мероприятие, в ходе которого рождаются технико-экономические показатели объекта. «Именно на их основании формируется стоимость проектирования и экспертизы проекта, поэтому, решив данный вопрос на начальном этапе, мы сможем избежать массы ошибок в дальнейшем, – вторил собравшимся представитель минстроя ВО. – Но тут есть нюансы – в сборнике базовых цен (СБЦ) нет понятия «предпроектная проработка», и мы вынуждены работать по примерной схеме».


Оказалось, что заказчик выходит из ситуации следующим образом: оценив некоторые разделы в дозированных пропорциях, получает стоимость предпроектной проработки и отторговывает ее. Едва к заказчику попадает проработка от компании-победителя, он сразу проводит торги на разработку проектной документации, в основу которой должна лечь вышеназванная предпроектная проработка. Торги завершаются, и победителем становится… другая компания, имеющая собственный взгляд на эту тему. Итог: затраты на первые торги дали результат, использовать который нельзя.

Касаясь темы взаимодействие заказчика и проектной организации, Дмитрий Анатольевич подтвердил, что на самом деле заказчик не меньше остальных (а может – и больше) заинтересован в скорейшем получении положительного заключения госэкспертизы, и как только проектной организации выдают замечания, включается в процесс и отрабатывает замечания, находящиеся в поле его ответственности.

«Нареканий в сторону заказчиков звучат сегодня достаточно много, – подчеркнул начальник отдела министерства. – Может быть, оттого что не все из них технически грамотны. Не зря же создаются службы единого техзаказчика, в которых работают узкопрофильные специалисты. О министерстве строительства могу сказать совершенно точно – у нас все в порядке», – заверил Д.А. Чичканов.

По поводу оплаты экспертизы чиновник отметил, что средства выплачиваются проектной компании только после положительного заключения и никак иначе. Причиной тому стал плачевный опыт предыдущих лет, когда заказчик оплачивал проектные работы поэтапно, а исполнитель (в ряде случаев), дойдя до экспертизы, просто отказывался от дальнейшего исполнения контракта. И юридических рычагов воздействия на таких участников рынка как не было, так и нет до сих пор.

«Да, стоимость прохождения экспертизы не всегда соответствует стоимости, заложенной в контракте. Но данный вопрос вполне решаем. Если пройдет грамотная предпроектная проработка и мы будем понимать, на какой объем проектирования выйдем в итоге, то правпосчитаем и стоимость экспертизы. Пути выхода известны, необходимо только решить вопросы предпроектной проработки. Правда, на законодательном уровне региона это невозможно, поскольку в сборнике базовых цен, как я уже говорил, такого понятия нет», – подчеркнул Д.А. Чичканов.

ТАК В ЧЬИХ ЖЕ ПОЛНОМОЧИЯХ КОНЦЕПЦИЯ ОБЪЕКТА?

Тема предпроектной подготовки, обоснования инвестиций никак не отпускала собравшихся. Главный инженер ООО «Жилпроект» А.Н. Прибылов озвучил вопрос, касающийся письма министра строительства и ЖКХ И.Э. Файзуллина, которое вышло полтора года назад. В нем говорилось о том, что высшим органом исполнительной власти рекомендовано обратиться в органы госэкспертизы, чтобы последние принимали к рассмотрению и согласованию задания на проектирование с исходными данными на предмет установления достаточности сведений для подготовки проектной документации.

Поскольку Александр Николаевич адресовал свой вопрос о судьбе письма П.В. Чернову, руководитель региональной госэкспертизы подтвердил – да, письмо такое было и по итогам обсуждения в департаменте строительной политики запущено в работу. Каков же итог?


«Целый месяц нам приходили задания на проектирование, мы рассматривали их, писали свои рекомендации (как было обозначено министром), возвращали адресату, и на этом все заканчивалось – никакие ответы нам более не поступали», – отметил еще один неутешительный факт П.В. Чернов.

Главный инженер ООО УК «Жилпроект» призвал коллег вслушаться в суть его информации. «Письмо Файзуллина – это еще одна попытка стимулировать заказчика хоть в какой-то мере компенсировать проблему отсутствия действий по подготовке документа, являющего собой обоснование инвестиций. Конечная цель – это разработка задания на проектирование, в котором должны быть учтены: подключение к сетям, принципиальные требования по технологической специфике, стоимость техприсоединения и инженерная подготовка территории, вынос сетей и многое другое. Если задание подготовлено грамотно, снимается, как минимум, 70 процентов проблем. И хотел бы заметить – с утверждением этого свода правил заказчик начал заказывать документацию, а финансисты – проплачивать средства. Но едва они обратились в Минстрой за консультацией, в ведомстве очень четко пояснили: «Обоснование инвестиций – это документ заказчика: именно он должен собственными силами подготовить идеологию объекта, исходя из которой в итоге родится внятное задание на проектирование, не вызывающее никаких сомнений в своей обоснованности, по возможности и месту строительства. А платить проектировщику – это неправильно».

В итоге, по словам А.Н. Прибылова, свод правил на обоснование инвестиций прекратил свое существование, но главное Минстроем было озвучено: формирование идеологии задания должно исходить от заказчика.

«Конечно же, – продолжил он, – надо понимать, что проектировщик не может готовить задание на проектирование в интересах того или иного департамента или министерства. Здесь вступают в силу требования к техническому заданию, готовя которое, надо изучить досконально все: что нужно, например, современной поликлинике, начиная от вместимости, структуры заболеваний, статистика по ним (соответственно – количество площадей) и проч. И так по всем направлениям – образование, культура, спорт, судебные, силовые структуры, МЧС и так далее. Вот где, в моем понимании, должна быть наиболее ярко видна работа заказчика: в полном понимании – что нужно региону, району, городу. Это и есть техническое задание, из которого вытекает задание на проектирование. В противном случае даже в самых высших эшелонах власти иногда нет ответа – для кого строятся супермасштабные объекты и почему появляются на том, а не ином месте», – подытожил А.Н. Прибылов.


Напоминая коллегам, что зачастую экономические решения вызываются решениями политическими, В.И. Астанин отметил задачу, которая стоит перед участниками инвестиционно-строительного процесса. «В череде событий, которыми наполнена наша жизнь, не все сегодня складывается наилучшим образом. И от того, насколько конструктивной будет позиция каждого из нас, зависит успешность преодоления проблем. На мой взгляд, есть в нынешнем дне и позитивные моменты, на которые стоит обратить внимание. Например – пятилетняя программа планирования, которая должна способствовать установлению разумных сроков проектирования. Давайте увеличивать горизонты планирования, чтобы оставлять время проектировщикам на работу, иначе все это превратится в сплошные декларации.

ОБСУДИЛИ И BIM, И ТИПОВЫЕ ПРОЕКТЫ

Говоря о нацеленности в завтрашний день, затронули также тему новых технологий. Экспертиза начала работать с BIM-моделями. Насколько сегодня BIM-моделирование стыкуется с работой проектных организаций и экспертизы? Что происходит в этом направлении и над чем стоит работать? Вопросы были заданы руководителю Центра госэкспертизы, на что Павел Викторович ответил однозначно: «Как бы ни развивались события, BIM надо применять. В нашем Центре все необходимые программы установлены, люди обучены, сертификаты есть. Ряд объектов в этом году были поданы именно в BIM, и если сравнивать их между собой, то видно, что единого стандарта нет, и заходят на экспертизу так, как кому удобно».

Присутствовавшие в зале проектировщики согласились с необходимостью следования новым технологиям. Единственное – как это делать в условиях санкций, когда на Revit лицензия закончилась у всех, а в Renga это делать нереально? Вопрос актуальный, но задать его было некому…

Активное обсуждение вызвала тема, которую, в свою очередь, поднял Д.А. Чичканов. Он довел до присутствующих требования федерального законодательства и губернатора, в которых очень жестко ставится вопрос об использовании проектной документации повторного применения. «Губернатор говорит о том, что не менее чем на 80 процентов соцобъектов, строящихся в рамках областной инвестиционной программы, должна использоваться типовая проектная документация», – напомнил Дмитрий Анатольевич.


Данное сообщение вызвало новую череду вопросов: о чем идет речь на самом деле – о типовых проектах или проектах повторного применения? Известно ли, что институты, которые создавали типовые проекты, уже канули в Лету? Насколько разумно пытаться привязывать к Воронежской земле проекты, используемые на Севере (был и такой случай недавно)? С какой целью мы пытаемся примерить на себя заставку фильма «Ирония судьбы»? Как сохранить идентичность Воронежа, заполняя его типовыми зданиями? – и так далее. Благие намерения сэкономить бюджетные средства вполне объяснимы. Но почему – на проектировании и чем это обернется для города, его архитектурного облика?

Как верно заметил Роман Ещенко, «не надо экономить на проектировщиках, которые стремятся делать объекта разнообразными – экономию надо искать внутри проекта». Или, как добавил еще одну крылатую фразу П.В. Чернов: «Чтобы построить проект дешево, надо хорошо заплатить за проектирование». К слову сказать, добавил Павел Викторович и реальных фактов на эту тему: не так давно в нашу область зашли несколько проектных компаний из других регионов. Подали документацию на экспертизу, а когда получили замечания, вернулись к себе домой, пропали, и понудить их к активному взаимодействию достаточно непросто. Заказчик волнуется, но во что выльются отношения с таким подрядчиком, пока не понятно.

ВЫТЕСНЯЯ СВОИХ, БУДЕМ РАЗЫСКИВАТЬ СТОРОННИХ

«Вот поэтому мы и собрались с вами сегодня, чтобы в откровенном разговоре понять для себя многие моменты, – сказал, подводя итоги большому диалогу, В.И. Астанин. – В последнее время мы все чаще слышим, как заказчики и власть критикуют проектировщиков, говоря о дальнейшем снижении стоимости проектных работ. Все это в итоге выливается в незавидное состояние проектных организаций. Думаю, что губернатор не всегда получает объективную информацию о положении дел, а должен быть информирован именно так. Иначе мы разгромим наш проектный комплекс, после чего придется пользоваться услугами по проектированию от заезжих проектировщиков.


На самом деле, качество проектов и состояние проектных организаций – темы взаимосвязанные. Глядя изнутри на ситуацию, я понимаю, что у заказчика гораздо больше задач, чем кажется на первый взгляд. Но то, что стоимость работ нередко занижается искусственно, это факт. Всем известно – заказчик работает по отведенному лимиту. И в то же время надо также понимать, что воронежский стройкомплекс находится в жесткой конкуренции с успешными регионами и, прежде всего, Москвой, где зарплата выше в два, а то и в три раза. У заказчиков из других регионов уже есть виды на воронежскую школу проектирования, и если мы будем держать своих профессионалов на голодном пайке, лучшие специалисты начнут уходить туда, где больше платят, и уже уходят. На мой взгляд, сегодня проектировщики объективно – самая незащищенная часть строительного комплекса среди строителей и производителей стройматериалов. Поэтому давайте будем вместе отстаивать их право на нормальную работу, решая эти вопросы квалифицированно.

Записала Зоя КОШИК

P.S. Возможно, кому-то из читателей этот материал покажется достаточно пространным. Но подобные встречи несут в себе принципиальную информацию, в которой отражается специфика и нюансы многих проблем. И нам хотелось детально показать, на каких позициях стоит сегодня каждая из структур и сами участники рынка, к чему пришли на данный момент и каковы перспективы. Ведь поднятые темы касаются очень большого количества специалистов и организаций, демонстрируют актуальность назревших вопросов. И то, что на площадке Союза есть реальная возможность дать старт новым инициативам, время уже подтвердило.

© 2007 - 2023 Союз строителей Воронежской области, 394036, г. Воронеж, ул. Кольцовская, 24к
При использовании материалов сайта активная ссылка на источник обязательна.